18 июня, Понедельник


Запретите Олимпиаду

Аналитический Центр

A- A A+

Она способствует расточительству и помогает диктаторам укрепить свой престиж. Кому она нужна?

Что за пользу приносит нам Олимпиада, кроме того, что она подпитывает коррупцию, вводит государства в бессмысленное расточительство, возбуждает националистические чувства, действует как онанистическая замена для геополитический трений и прикрывает авторитарных лидеров за внешней легитимностью?

Я действительно задаюсь этим вопросом каждые два года: зачем нужна Олимпиада? Почему мы продолжаем ее проводить? Разумеется, для принимающих в ней участие спортсменов она может быть пиком их карьеры и платой за тяжкий труд. Возможно, она станет воплощением амбиций всей их жизни. Но для всех нас какой в ней смысл? Помимо скоротечной возможности насладиться шикарным зрелищем, в Олимпийских играх мало что хорошего. Если уж на то пошло, они обостряют некоторые худшие особенности человеческой природы.

Почти каждый раз, когда в каком-либо городе проводятся Олимпийские игры, они напоминают нам о том, как ничтожно мало стоят человеческая жизнь и достоинство по сравнению со средствами, требующимися на организацию игр. Накануне летней Олимпиады 2008 года в Пекине, по одним подсчетам, своих домов лишились полтора миллиона пекинцев. Далее, по оценкам одного исследования, около двух миллионов человек были насильно выселены за 20 лет, чтобы освободить пространство для проведения Олимпиады в разных странах мира. В Ванкувере подготовка к Олимпиаде привела к нехватке жилого фонда, что, в свою очередь, повлекло за собой увеличение количества бездомных в годы накануне зимних игр 2010 года. Помимо смертей при строительстве накануне Олимпиады в Сочи, тысячи людей были выселены, чтобы освободить городское пространство для строительства стадионов и катков, которые были использованы всего несколько раз.

Олимпиада редко становится выгодной инвестицией для принимающей стороны. Всегда имеется перерасход средств, и он всегда значителен. Часто города, где проводятся игры, годами потом выплачивают долги, а объекты, на которые тратятся деньги, имеют настолько временный характер и оказываются в результате настолько бесполезными, что их можно назвать академическим термином «белый слон». Накануне Олимпиады постоянно говорится о том, что Олимпийская деревня и спортивные сооружения будут способствовать развитию города, туризма и инфраструктуры, что в будущем здесь будут организовываться спортивные мероприятия. Однако это редко претворяется в реальность. Последующие турниры неизбежно оказываются скромнее, или, как, например, в случае с Рио, их просто не происходит. Это просто строения. Взять, к примеру, огромные суммы, затраченные на накопление снега для организации зимней Олимпиады в Сочи, — эти траты связаны исключительно с тем, что Россия, страна, на значительной части территории которой большую часть года стоит зима, решила провести зимнюю Олимпиаду в одном из своих субтропических городов.

Огромные суммы денег, требующиеся на оплату проведения Олимпиады, возникают не из пустоты. Обычно они берутся из налоговых фондов, которые могли быть потрачены на что-то более важное. Оплачивая подготовку к Олимпиаде в Сиднее, например, власти Нового Южного Уэльса отметили снижение бюджета на здравоохранение и образование. В России оплату на себя взяли государственные банки, например, ВЭБ, в то время, когда экономика двигалась в направлении полноценной рецессии.

Далее, на Олимпиаде мы наблюдаем неприкрытую демонстрацию политики и националистического превосходства. Несмотря на постоянно повторяемый и прямой запрет Олимпийской хартии на политическую пропаганду на играх, Олимпиада всегда была столь же политическим, сколько и спортивным событием. Когда афинский генерал Фемистокл прибыл на Олимпийские игры в пятом веке до нашей эры, например, рассказывал Плутарх, что «публика весь день пренебрегала соревнующимися, уставившись на него». Как пишет Дэвид Голдблатт (David Goldblatt) в своей книге: «Игры: всемирная история Олимпиады»: «Олимпиада всегда была местом формирования и использования политического капитала».

Современная Олимпиада сформировалась в результате совпадения двух отличительных особенностей 19 века: очарованности любыми древностями и жестокого этнического национализма. Неудивительно в таком случае, что Олимпиада стала форумом для национализма, ареной, где государства доказывают, что они являются лучшими в самом низком, животном смысле — через демонстрацию физической силы. Позорные Олимпийские игры 1936 года в гитлеровском Берлине — несмотря на неожиданный результат Джесси Оуэнса (Jesse Owens) — были способом легитимизировать новый националистический режим.

В первые годы холодной войны Иосиф Сталин ухватился за Олимпиаду как за способ соперничать с Соединенными Штатами на новой арене. «Кремль относился к спорту как к способу добиться международного признания и легитимности», — пишет Эрин Элизабет Редихен (Erin Elizabeth Redihan) в своей книге «Олимпиада и холодная война, 1948-1968». «Сталин и его последователи всеми силами старались создать и поддержать всеобъемлющую инфраструктуру национального спорта, которая могла бы соперничать с Соединенными Штатами, и, как они надеялись, затмить их с целью выполнения двух взаимосвязанных задач: получить международное признание и выиграть холодную войну в спорте». Прямая линия связывает эту старую советскую политику с российским допинговым скандалом, пустившим под откос жизни и карьеру российских атлетов и чиновников, потому что цели — спортивный триумф как выражение геополитической мощи — оправдывают средства.

Олимпиада 2008 года в Пекине и Олимпиада 2014 года в Сочи служили одной и той же цели: продемонстрировать миру, что китайский и российский режимы стали новой геополитической и экономической движущей силой. На этот раз в Пхенчхане Ким Чен Ын использует своих болельщиков и фигуристов примерно так же, как он применяет свои межконтинентальные баллистические ракеты — чтобы показать миру, что он пришел, и он серьезный лидер, с которым шутки плохи. (Кроме этого он еще пытается оторвать Южную Корею от ее исторического альянса с Соединенными Штатами).

Олимпиада из-за своей политической природы также сталкивалась с насилием, как в Мюнхене в 1972 году, когда 11 израильских спортсменов были взяты в заложники и убиты палестинскими террористами, стремившимися привлечь внимание к доле своих братьев, когда весь мир обратил свой взгляд. За другими играми последовало другое насилие: поставив успешное шоу и выиграв в медальном зачете в Сочи, Путин почувствовал в себе силы аннексировать Крым и начать кровопролитную войну на востоке Украины. Этот конфликт до сих пор не может разрешиться, в нем погибли свыше 10 тысяч человек.

Что же на другой стороне весов? Что такое дает нам Олимпиада, что мы не можем смотреть на другие чемпионаты и менее масштабные соревнования? Можем ли мы действительно притворяться, что возможность посмотреть вид спорта, который мало кто смотрит вне Олимпиады — керлинг, поднятие тяжестей, бобслей — стоит всей этой коррупции, расточительства и политического уродства? Неужели нам действительно нужны соревнования по хоккею как теневые войны? Мне так не кажется.

 

The Atlantic

© При использовании информации гиперссылка на Eurasia Diary обязательна.

Присоединяйтесь к нам:
Twitter: @EurasiaRus
Facebook: EurasiaRus
vk.com: eurasiadiary


Загрузка...