Как известный модельер Лейла Ахмедова продолжает войну с ветряными мельницами | Eurasia Diary - ednews.net

17 октября, Четверг


Как известный модельер Лейла Ахмедова продолжает войну с ветряными мельницами

Поломанная жизнь и украденная мечта

Интервью A- A A+

Печальная история известного азербайджанского модельера – Лейлы Ахмедовой,  тянется с 2014 года. Казалось бы, за 5 лет судов, допросом, проволочек и бесконечных мытарств, справедливость должна была восторжествовать, но — увы. 9 октября в суде по тяжким преступлениям должен был быть вынесен окончательный вердикт: либо в ее пользу, либо в пользу ее противника Низами Агаева.

… Мы уже были готовы к выходу из дома Лейлы ханум и ждали звонка адвоката. Около здания суда собрались друзья и поклонники ее многогранного творчества, которые звонили и уточняли время ее прибытия. Звонок адвоката был неутешителен: процесс перенесли на неопределенное время…

Лейла ханум устало садится на пол, и закрывает лицо руками. Снова – томительное ожидание неизвестности, снова нервы, снова бессонные ночи, снова нервный тремор, мешающий создавать, творить, нести людям великую радость красоты своих изысканных изделий, всегда покорявших представителей мировых домов высокой моды своим своеобразием и роскошью…

Знать бы тогда этой хрупкой, красивой женщине, чем закончится идея открытия собственного Дома моды и Музея коллекции эксклюзивных нарядов, созданных ее золотыми руками. Но увы. Предсказывать события никому не дано, а Лейла ханум – человек глубоко верующий – тем более знать этого не могла, да и не хотела. А потому и заключила договор с владельцем дома на ул. Дж. Джаббарлы бизнесменом-нуворишем Низами Агаевым (в прошлом – сотрудником Министерства Налогов).Согласно условиям контракта, Лейла Ахмедова становится арендатором четырех этажей (сроком на 5 лет), а в дальнейшем – опять же согласно договору – она получает законное право на выкуп всего здания. Итак, договор подписан, и Лейла Ахундова начинает грандиозный ремонт – согласно своим вкусам и предпочтениям, строя дом своей мечты – Дом высокой моды.  Все рухнуло в 2015-м, когда страна оказалась в пучине кризиса и девальвации. Именно этим моментом воспользовался нечистоплотный делец Н. Агаев, навешавший на Лейлу ханум несуществующие «долги», хотя в суд были представлены все чеки, говорящие об обратном, его люди разграбили и разгромили арендованные Лейлой ханум помещения, в которых она – после великолепного и весьма дорогостоящего ремонта создала Дом моды, проработавший всего 7 месяцев. Кроме того, договор, который подписала Лейла ханум, оказался «куклой» — именно так на воровском жаргоне называют подделки. Кроме того, Лейлу ханум 5 дней держали в заложниках в ее Доме моды. По ее словам, Н. Агаев и его команда (а точнее банда) сделали все для того, чтобы отважить клиентуру: постоянно отключали свет, воду и газ, а затем и вовсе взяли в заложники Лейлу Ахмедову. Но этот факт столичной прокуратурой так и не учтется – за неимением «достаточного количества доказательств»…

5 лет Низами Агаев подкупал   всех и вся,  лишь бы не сесть за решетку – сказала Лейла Ахмедова в эксклюзивном интервью Minval.az:

— Да, 23 сентября 2016 года я оказалась в заложниках. Мне пришлось пережить нападение банды Низами Агаева, разгром и уничтожение всего, что было мне по-настоящему дорого.Я уже не говорю про ремонт и оборудование, нет. Этими нелюдями была разворована бесценная коллекция тканей, которую я собирала в течении всей моей творческой карьеры, платья, дорогостоящие аксессуары. И самое печальное, что эти грабители даже не знали реальной цены этим вещам.  Они просто вынесли все это – как мусор, а для меня все эти вещи были частью моей творческой жизни.  Стоит ли говорить, в каком я состоянии, вы и сами это видите.

— Лейла ханум, про ваш процесс писали многие СМИ, но даже по прошествии стольких лет он все никак не завершится. Озвучьте свою версию, что по-Вашему, мешает вынесению приговора? Создается впечатление, что это не закончится никогда.

— Причину я вижу в одном-единственном факторе. Сегодня в Азербайджане ведется борьба с коррупцией, но, несмотря не все усилия правящей власти, господина Ильхама Алиева, в стране по-прежнему остаются те элементы, которым коррупция выгодна. Эта коррупционная сеть не дает нам гражданам Азербайджана, покоя, она не дает возможности спокойно жить, создавать, творить, правильно мыслить. За эти 5 лет мои друзья, партнеры, клиенты, знакомые по шоу-бизнесу спрашивают: «А где твой Дом моды», «Почему ты не открываешь его заново»? Мне сложно объяснить им всем, что суд – это такое ответственное в жизни человека событие, которое реально настраивает организм на стресс. Каждый мой суд – это страшный негатив, стресс, слезы, разочарование – во всем и во всех. Мне обидно, что я, Лейла Ахмедова, 22 года достойно представляющая свою страну на высоких неделях Моды, что подтверждает большое количество дипломов, попала в такую ситуацию. Мои интервью помогали многим женщинам нашей страны развиваться, они ломали свои привычные стереотипы, слушая меня. 22 года я на мировом рынке высокой моды.  Каждый показатель фирмы – это база стажа. Я создала более 200-300 эксклюзивных коллекций на любые темы. В моих коллекциях были и история, и культура, и взаимоотношения. Все эти коллекции есть в моём портфолио на Ютьюбе, они были продемонстрированы огромному количеству людей. За них я получала грамоты и призы – что в Москве на «Русском Силуэте», что в Японии, что в Милане, в других городах мира. И при всем этом я – человек, которого все знают, персона медийная, захожу в зал суда. А, тем не менее, судьи, выносящие против меня свои вердикты, тоже знают меня. Вердикты, абсолютно не обоснованные, противоречащие Конституции, абсолютно смешные. И эти люди под такими вот вердиктами ставят государственную печать – словно вбивают гвоздь в крышку гроба. Понимаете? Боль моего сердца заключается именно в том! Ведь на такие ответственные посты назначают первые лица государства, а как ведут себя эти люди, которым оказано столь высокое доверие? Свои кабинеты они превратили в личную вотчину, в бизнес-холдинг. Кто больше заплатит, тот и будет прав. А я, с моей идеальной доказательной базой, стою «за дверью дворца правосудия». Именно так я могу назвать свое состояние. Потому что никакого правосудия я не жду, и не ждала, потому что  люди, с которыми я сужусь – страшные коррупционеры.  У меня есть немало доказательств их злостных коррупционных действий.

За свои 43 года я всегда общалась с нормальными, цивильными людьми и никогда даже подумать не могла, что в моей жизни появятся проблемы, которые приведут меня к вынужденному общению с теми, у кого огромные проблемы с человеческим нравом, со всем, что в приличном обществе называется воспитанием, совестью, честью. 11 раз мое дело официально закрывали и открывали. Как вы думаете, что это значит?

— Возможно, ваша противоборствующая сторона им платит. Потому это дело затянулось и погрязло в бюрократическом омуте. А делается всё это для того, чтобы ваши жалобы были аннулированы по истечению срока давности.

— Совершенно верно! Именно таким образом мои жалобы по двум статьям потеряли свою силу. Именно по истечении срока – по статьям 322 (рейдерский захват) и 686 УК АР (погром и нанесение материального ущерба). Кстати, факты по 686-й статье были полностью подтверждены государственной экспертизой.  Но мои жалобы были сняты с повестки дня. Истек срок по закону, понимаете?  Кстати, особо отмечу, срок истек не по моей вине. Согласно букве Закона, это уголовное дело должно было, начавшись с сентября, закончиться в марте (в течении 6 месяцев), либо закрыться в связи с неопровержимыми доказательствами, а мои противники и заказчик — Низами Агаев, который в деле числится под грифом «заказчик» и «расхититель» (в суде имеются неопровержимые доказательства в виде аудио и видео-фактов, предоставленные мною и, кстати, прошедшие официальную проверку госэкспертизы и официально утвержденные для внедрения их в процесс судопроизводства)должны были сидеть под арестом и нести уголовное наказание. Но этого, как видите, не случилось.

— Вся страна следила за развитием событий, Лейла ханум. Мы ждали и ждем хороших новостей, но пока что, согласно сказанному Вами, хорошего мало. Кроме того, Вам в борьбе за справедливость пришлось пойти на радикальные меры.

— Да, я объявила голодовку в качестве акции протеста против Ясамальского управления полиции, в котором изначально «рассматривалось» мое дело. В течении 5 дней моего вынужденного отказа от еды и воды вышестоящие лица узнали о моем протесте из СМИ.  Меня принял уважаемый Рамиль Усубов, выслушал, посмотрел все имеющиеся материалы дела, и сразу же распорядился на расследование, и мое дело было передано в Управление по борьбе с бандитизмом, где были подтверждены жалобы, объяснительные и результаты экспертизы по моей доказательной базе. Генпрокурор Закир Гаралов также принял меня лично и уважил мое ходатайство. Я очень благодарна двум этим аксакалам, которые подошли к моей проблеме не только профессионально,  но и в первую очередь по-человечески. Они объективно рассмотрели мое дело, взяли его под свой личный контроль.  В течении 10 дней была дана еще одна статья 177.3.2 (лишение срока свободы от 5 до 10-лет), и статья эта не подходит под гриф «примирение», чем обычно апеллируют в суде, если стороны вдруг решат пойти на мировую. Эта статья очень серьезная, и виновники моих бед – даже если погасят мой долг, все равно будут отбывать заслуженное наказание.

— Вы сказали, что Вас держали в заложниках. Неужели этот факт судом не был учтен?

— Прокуратура не утвердила в связи с тем, что доказательств с моей стороны было мало.  Как только в прошлом году мое дело передали в Суд по особо тяжким преступлениям, судья Мирза Ханкишиев намеренно в течении года (хотя на рассмотрение дела должно было уйти 6 месяцев по закону) затягивал процесс, и дотянул до того, что два моих исковых заявления отпали в связи с тем, что их срок истек. Понимаете? Это обычные аферистические трюки судопроизводителей, которым невыгодно выносить решение. По 177.3 статье смотрится дело, и сегодня (9 октября – ред.) должен был быть вынесен вердикт.

Многие могут осудить меня за решение предпринимать радикальные меры, но у меня нет другого выхода. У меня нет «крыши», нет «дайдая», нет возможности дойти до господина президента и его супруги — Мехрибан ханум.  Мои письма им не передают. Я неоднократно сталкивалась с определенными структурами, на меня оказывалось сильное давление, прессинг. На данный момент этой шайке удалось выиграть один из судов, в котором они «доказали», что я им якобы «должна 104 тысячи манатов за нарушение целостности помещения в его здании», хотя госэкспертиза подтвердила факты того, что разгром устроил именно он, а не я. Это юридический казус! Эти люди платят, а потому играют исключительно по своим правилам, и, похоже,  судопроизводителям все равно, что «правила» эти аморальны.  Кроме того, мои противники не остановились на покупке судопроизвоства, они еще и обратились в сторону криминала.  На моего бывшего мужа вышли представители криминальных кругов, прессовали, угрожали похищением детей. Они требовали, чтобы я забрала свои заявления из Суда по тяжким преступлениям,  и «забыла» обо всем, что случилось, и примирилась со своими противниками. Это было недавно, этим летом. И все это происходило в то время, когда коррупционеры находились под следствием! Кроме того, находившийся под домашним арестом Низами, на выезд которого наложен STOP, умудрился за это время два раза выехать из страны, из-за чего слушания нашего дела откладывались.   А так через чреду давления с их стороны прошла практически вся моя семья: мой папа, мой муж, я. Весь этот ужас нам пришлось пережить и неизвестно, сколько раз еще он будет повторяться.

—  Вы говорили, что у Вас много друзей в шоу-бизнесе. Насколько мне известно, многие из них вхожи в очень высокие сферы. Неужели никто из них, этих представителей шоу-биза, Вам не помог, не попытался что-то сделать для Вас? Почему не было никаких флешмобов, видеообращений к первым лицам государства с просьбой взять ваше дело под личный контроль? Ведь в прошлом году, когда Федае Лачин, по сути не особо известной певице, вынесли приговор, практически весь мир шоу-бизнеса, как говорится, «встал на хвост»: полетели прошения о помиловании, давались интервью в поддержку осужденной. Я просто не понимаю, что не так в Вашем случае? Ведь очень многим из них Вы создали индивидуальный, неповторимый стиль.

— Как оказалось 85% этих людей – просто проходящие мимо. Оказывается, это были просто знакомые, хотя они всегда подчеркивали, что являются именно друзьями.  Но это была всего лишь поза, и не более.  Меня, конечно же, поддержало несколько корифеев искусства (они не относятся к миру шоу-бизнеса),  они обратились с личным прошением к господину Президенту, когда я объявила голодовку.  Отмечу, что многие представители СМИ, которые практически выросли на интервью со мной, и сейчас считаются, как говорится, «самыми-самыми», не оказали никакой информационной поддержки. Но все же я рада тому, что данная ситуация показала – кто есть кто, и это мне урок.  Зато меня постоянно поддерживают мои настоящие  друзья, поклонники моего творчества. За эту поддержку, столь важную для меня, я искренне благодарна этим людям  и всю жизнь буду вспоминать о них в молитвах к Всевышнему, буду просить для этих людей здоровья, потому что именно здоровье – самое важное. К сожалению, я сама его уже практически лишилась.

— Я беседую с Вами и вижу, как сильно вы напряжены, несмотря на присутствующую в Вас колоссальную силу воли. Вы заговорили об утраченном здоровье. Что с Вами в данный момент происходит?

— Что касается моего душевного состояния, то я чувствую себя довольно бодро, так как я – человек верующий и считаю, что вся эта история – испытание, посланное мне Всевышним. И я с честью пройду его, все равно правда будет на моей стороне, а обидчики мои будут наказаны – рано или поздно, но будут. Моя вера освобождает меня от ненужных эмоций, от сильных стрессов. Да, у меня все это случается, но наверняка любой другой человек давно бы поломался или погиб, но только не я. Знаете, после 5 лет мытарств я прекрасно понимаю людей, идущих на крайние меры – самосожжения, к примеру – в попытке достучаться, докричаться до правосудия. Я понимаю тех, кто пошел на страшный шаг самосуда в отношении своих обидчиков.  Все эти 5 страшных лет надо мною держал руку Всевышний, удерживая меня от аналогичного шага. Если бы не моя вера, я бы тоже пошла на это, я вам честно признаюсь. Хотя я голодала, что тоже является радикальной мерой. Ведь эта акция очень опасна, и человек, проводящий ее, в любой момент может отключиться или даже умереть. За эти 5 лет нажила много болезней: нервный тремор, спазмы в голове, от которых я теряю сознание. 4 раза я падала без чувств в официальных организациях… У меня сильно село зрение, проблемы с хрусталиком, операция противопоказана. Я просто не знаю, как буду работать с таким зрением в дальнейшем, ведь я постоянно в очках… А ведь моя работа иногда требует несколько суток жизни — без отдыха и сна. В последнее время участились боли в сердце. Все врачи говорят одно и то же: берегите нервы.   А как тут успокоишься, когда нет позитивных новостей? Вот только что при Вас звонил адвокат, суд снова отложили. Снова думы, мысли, снова ужас.

Мои дети тоже постоянно страдают от того, что видят мои обмороки, мои слезы… всякий раз, когда я возвращаюсь с судебных процессов, меня переполняют негативные эмоции.  Меня спасает только молитва, очищает душу от скверны, делает сильнее. Я прорвусь. Я выживу.  В нашем роду все герои. Я — потомок древнего бекского рода, в нем всегда было немало воинов. Мой прадед  — Тат оглу Хасан — до последнего вздоха сражался с красной армией, и погиб в сражении.  Мой дед был военным хирургом, прошел все дороги второй мировой войны, и бабушка — врач.  Мама моя тоже врач-эндокринолог, профессор. Мы никогда не относились к категории «из грязи в князи», никогда никто из нас не уронил честь своих предков и достойного имени нашего рода. А потому я верю в победу.

— Лейла ханум, Вы – известный человек в мире высокой моды, причем известный далеко за пределами Азербайджана. И потому я не думаю, чтобы никто из иностранных журналистов не просил Вас дать интервью, в котором Вы бы смогли рассказать о своей проблеме. Возможно, ситуация быстро изменилась бы в лучшую сторону.

— Скажу так: предложения такие поступали, и не раз, но я – патриот. Я не могу допустить того, чтобы по кучке негодяев-коррупционеров судили о целой стране, о целом народе. Вы же знаете, как в СМИ любят все обобщать, и я не могу допустить, чтобы о моей родине сложилось негативное мнение, я никогда этого не сделаю. Мои проблемы никак не относятся к политике, они бытовые, и потому должны решаться исключительно на местном уровне. Они так или иначе решатся, это вопрос времени.

— Наверное, вопрос не слишком уместный в данный момент, но все же: озвучьте свое сокровенное желание, ведь оно у Вас наверняка есть.

— Да, есть. Моя мечта – встретиться с нашим уважаемым президентом Ильхамом Алиевым и его супругой – Мехрибан ханум, и рассказать им лично о том, что мне пришлось пережить из-за коррупции в системе судопроизводства, о том, что правосудие в нашей стране «вершится» за деньги. От главы государства тщательно скрывают все факты произвола, он ничего не знает. Но узнать обязательно должен, потому что такие люди подрывают престиж главы государства в глазах простых граждан. Такого не должно быть, у нас демократическая страна, в которой должно править верховенство и справедливость закона, а не грязные деньги бандитов-коррупционеров, нажившихся на грабежах и человеческих трагедиях.

Minval.az

Если Вы нашли ошибку в тексте, пожалуйста выделите часть текста с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter.

© При использовании информации гиперссылка на Eurasia Diary обязательна.

Присоединяйтесь к нам:
Twitter: @EurasiaRus
Facebook: EurasiaRus
vk.com: eurasiadiary


Загрузка...