Когда в Чечне зараженных приравняли к террористам, жители республики начали скрывать свою болезнь и умирать дома
Ахмед Гараев, житель села Новые Атаги Шалинского района Чечни, умер во вторник 7 апреля. Ему было за 80, он имел большое влияние в чеченском муфтияте и был искренне лоялен чеченской власти (хорошо знал отца Рамзана Кадырова). В среду утром 8 апреля прошли его похороны, на них присутствовало огромное количество людей. Похороны были согласованы с властью, о чем заявил Магомед Даудов, руководитель оперативного штаба по противодействию коронавирусу: «Сотрудники <чеченской полиции> были на похоронах, контролировали…Все меры по нераспространению вируса принимались на похоронах».
А поздно вечером 8 апреля у девяти родственников Ахмада Гараева, включая его жену и родного брата Абдуллу, диагностировали коронавирус. Магомед Даудов заявил, что умерший Ахмад Гараев «был в больнице и умер от естественных причин». Однако эти данные не соответствуют действительности. Родственники Ахмада Гараева утверждают, что болел он и умер дома. Высока вероятность, что Ахмад Гараев мог умереть по причине заражения коронавирусом.
Гараевы заразились еще 18 марта после общения с вернувшимися из Саудовской Аравии паломниками (именно они стали источником распространения вируса в Чечне). Все это время в больницу Гараевы не обращались. Этот факт подтвердил глава Чечни Рамзан Кадыров: «<Абдулла Гараев> (родной брат Ахмада Гараева — Е.М.) не сообщил властям, когда заболел, и его родственники тоже <не сообщили>, все с температурой лежали <дома>…».
Кто-то на похоронах обратил внимание на состояние здоровья Абдуллы Гараева и его сыновей (все четверо чувствовали себя неважно) и сообщил властям. После поступившего сигнала к Гараевым приехали домой и сделали предварительные тесты на коронавирус, однако в госпитализации отказали.
Абдулла Гараев, испугавшись, что без помощи врачей может последовать за своим братом Ахмадом, сам поехал в ЦРБ Шалинского района. Но его задержали буквально на подступах к больнице, а глава Чечни на всю республику отругал за такое «безответственное поведение»: «Человек… сам сел в машину, приехал в больницу. Если бы он зашел туда, то не знаем, сколько бы он заразил медицинских сотрудников. Хорошо, что мы узнали и остановили его…».
Это свидетельствует о том, что врачи на местах не готовы к оказанию помощи коронавирусным больным. Оснащение этих больниц масками и защитными костюмами, не говоря уже об аппаратах ИВЛ и КТ, оставляет желать лучшего. Только несколько больниц в Грозном перепрофилированы под поступление зараженных.
Но даже там, по словам министра здравоохранения Чечни Сулейманова, врачи сами шьют маски и халаты.
Что касается Абдуллы Гараева, то власти все-таки сообразили, что у них может быть еще одна смерть от коронавируса. Поэтому в тяжелом состоянии с симптомами острой кислородной недостаточности Гараева все-таки госпитализировали в 4-ю инфекционную больницу Грозного.
На следующий после похорон день Новые Атаги оцепили сотрудники полиции, приказали всем жителям села запереться дома и провели тотальную дезинфекцию хлором. Село держали под арестом целый день (голосовые сообщения жителей села есть в распоряжении редакции —Е.М.). Даудов призвал всех жителей Чечни, побывавших на похоронах, немедленно сообщить об этом властям и самоизолироваться. На призыв откликнулись сначала 100, потом 400, потом 500 человек... Стало понятно, что на похоронах было очень много людей. Особенную тревогу Даудов высказал по поводу женщин, которые «как у нас это принято, находились близко к усопшему». Возможно, Магомед Даудов имел в виду, что покойник мог быть заразным.
Нам удалось связаться с побывавшими на похоронах жителями. Понимая, что власти все равно их найдут, люди сообщили о своем присутствии на тязете (поминках). После этого ничего не произошло. Никто не приехал, чтобы взять у них тесты на коронавирус. Людям просто-напросто запретили выходить из своих домов и обязали 2000 сотрудников полиции контролировать «самоизолированных» граждан.
Вполне возможно, что до всех людей, принимавших участие в похоронах, эпиодемиологи и врачи просто не успели доехать. Но статистика республиканского Роспотребнадзора, фиксирующая количество обследованных на коронавирусную инфекцию чеченцев, не скакнула ни 8, ни 9, ни 10 апреля. Всего с момента начала тестирования в Чечне были обследованы 2952 человек, что составляет менее одного процента от населения республики (1456951 на 1 января 2020 года). Но в этом смысле Чечня не сильно отличается от регионов России. Хотя одно отличие все-таки есть.
Надо сказать, что коронавирус парализовал все население республики, кроме главы Чечни. Кадыров не только каждый день проводит совещания оперативного штаба, который формально возглавляет Магомед Даудов. Он ведет полноценную активную жизнь. Ездит по самым отдаленным районам республики, например, чтобы выпустить в дикую природу выращенных в питомниках горных козлов.
Пока жители республики перебиваются гуманитарной помощью, которую раздает Фонд Кадырова, сам Кадыров ест в веселой компании шашлыки на свежем воздухе в высокогорной резиденции.
Запретив населению молиться и закрыв мечети, Кадыров с многочисленной группой соратников днем ходит в личную мечеть, а по ночам вместе со старцами молится в зияратах (святых местах), разбросанных по всей Чечне.
Запретив людям выходить из домов и выезжать за пределы своих сел, Кадыров рассекает на машине по пустому Грозному. Он останавливается пообщаться с полицейскими, которые ловят редких нарушителей. Долго и с удовольствием отчитывает посмевших нарушить карантин.
К нему в резиденцию по-прежнему доставляют незаконно задержанных за недостойное поведение чеченцев.
Незаконные задержания, в том числе и массовые, в Чечне продолжаются, коронавирус никак на эту практику не повлиял. И каждый шаг Кадырова, каждое его слово круглосуточно фиксирует большая команда журналистов.
«Мне пишут, почему вы сами не соблюдаете эти <карантинные> правила?» — затронул Кадыров тему своей исключительности на заседании оперативного штаба. И честно ответил: «Мы два раза в день, утром и вечером, сдаем анализы, проверяемся и <только> тогда сюда приходим и встречаемся. Все мы сдаем анализы…» То есть тесты на коронавирус регулярно берут у Кадырова, у членов его оперативного штаба, у его охраны, у его родных, у его журналистов, а также, логично предположить, у всех людей, с которыми контактирует глава Чечни за день. В общей сложности получается десятки, если не сотни тестов. По идее, все они должны быть отражены в статистике республиканского Роспотребнадзора. Но за сутки в республике обследуют от 100 до 200 человек (на каждого обследуемого делают по два теста). И возникает вопрос:
успевают ли в Чечне тестировать еще кого-то кроме Кадырова и его окружения?
За эту неделю мы связались с большим количеством чеченцев, сидящих на карантине. Все они говорят, что им строго-настрого велели сидеть дома две недели. Ворота домов и двери квартир в буквальном смысле опечатали. По каждому адресу дежурят посменно два полицейских. Забор анализов на коронавирус ни у кого, с кем мы поговорили, не делали.
Более того. Как сидящие на карантине, так и загнанные «в самоизоляцию» люди сказали нам, что категорически не намерены в инициативном порядке сообщать властям о повышенной температуре, кашле и других симптомах болезни. Причина банальна.
Кадыров публично приравнял зараженных коронавирусом к террористам и призвал бороться с ними соответствующими методами.
«Абдулла Гараев ни грамма совести не имеет, — сказал Магомед Даудов в прямом эфире своего инстаграма. — Я отправил <к нему в палату> врачей в противочумных костюмах, чтобы они передали ему телефон. Я требовал от него, чтобы он назвал мне имена людей, с которыми контактировал... Еле-еле заставил признаться в том, что 18 марта к ним в гости приходил вернувшийся из хаджа <паломник> (Даудов называет его имя — Е.М.) и после этого они заболели… Больше <Гараев> никого не назвал!...» (По выражению лица Даудова видно, что он очень зол).
Если Даудов не стесняется посылать врачей для допроса еле дышащего с помощью кислородной маски больного человека, то представьте, что в Чечне могут сделать со здоровым. Поэтому и приближенные к власти братья Гараевы не сообщили о своей болезни. Не сообщили даже тогда, когда один из них умер.
То есть из двух зол чеченцы выбирают меньшее — смерть от коронавируса…
Пока в Чечне развивалась трагическая история с Гараевыми, чеченские СМИ и уполномоченные бороться с кризисом профильные ведомства, посылали обществу оптимистические сигналы. Всю неделю статистика зараженных по Чечне держалась на 22-х подтвержденных федеральными лабораториями случаях. Информация же о выявленных в ходе первичного тестирования заболевших вообще исчезла из официальных информационных сообщений. Возможно, причина этому — публичный конфликт Кадырова с премьер-министром России Мишустиным, который раскритиковал чеченские власти за неоправданно жесткое закрытие границ Чечни. По крайней мере именно после этого конфликта министр здравоохранения Сулейманов заговорил о «стабилизации ситуации» в Чечне:
«У нас не увеличивается такими темпами количество положительных тестов, как происходит в других странах, в некоторых регионах Российской Федерации, — сказал министр Сулейманов 7 апреля. — Стабилизация ситуации во многом связана с теми мерами, которые введены главой республики, Героем России Рамзаном Ахматовичем Кадыровым».
8 апреля, когда у четырех Гараевых был диагностирован коронавирус, а пятый (Ахмад Гараев), возможно, от вируса умер, министр здравоохранения Чечни Эльхам Сулейманов снова рассказал жителям Чечни о «стабилизации ситуации»: «В последние дни мы наблюдаем стабилизацию в количестве вновь выявленных лиц с положительными тестами на наличие коронавирусной инфекции. Это говорит о результативности тех мер, которые были объявлены главой республики Героем России Рамзаном Ахматовичем Кадыровым».
9 апреля, когда количество инфицированных Гараевых выросло до 9 человек, а количество выявленных жителей Чечни, посетивших похороны, перевалило за полтысячи человек, министр Сулейманов поблагодарил главу Чечни, его мать и его дочь за то, что они делают для защиты жителей Чечни от коронавируса. При этом министр ни слова не сказал, что в Чечне выявлены новые случаи короновируса, не призвал людей обращаться к врачам, если у них есть серьезные симптомы ОРВИ.
11 апреля миф о стабильности был разрушен неумолимой реальностью. Федеральная статистика подтвердила наличие 48 коронавирусных больных в Чечне и три смерти. Количество выявленных по первичным тестам выросло до 75 человек. 15 из них — члены семьи братьев Гараевых, еще 13 (8 женщин и 5 мужчин) заразились во время похорон.
В субботних вечерних новостях министр здравоохранения Сулейманов выступил с ежедневным брифингом. Он вынужден был признать рост количества подтвержденных федеральным центром больных. Но сказал, что это связано в первую очередь с тем, что люди «нарушают меры, введенные главой Чечни Героем России Рамзаном Ахматовичем Кадыровым». Ничего не сказал министр ни о росте выявленных в Чечне зараженных, ни о скончавшихся в субботу двух жителях Чечни Каташеве и Мамаевой.
А в следующем сюжете вечерних новостей Кадыров и Сулейманов дружно пожелали умершему от коронавируса Рамзану Каташеву «долгих лет жизни»*.
В этой видеозаписи министр Сулейманов говорит, что у 82-летнего жителя Бено-Юрт Каташева наступило улучшение состояния здоровья. Кадыров и Сулейманов желают Каташеву выздоровления и долгих лет жизни.
При подготовке вечернего новостного выпуска от 11 апреля к размещению в соцсетях эту несуразицу заметили. Двухчасовой выпуск новостей, который пошел в прямой эфир, был переверстан, смонтирован и урезан до полутора часов.
Министр по-прежнему ничего не говорит о двух новых смертях, но к его выступлению подверстана инфографика свежей статистики, в которой есть строчка «умерли — 3 человека». Именно таким образом отражена в чеченских новостях, главная, по сути, новость дня. Видеозапись в инстаграме Кадырова также была отредактирована.
