Как сообщалось ранее, второму президенту Армении Роберту Кочаряну не позволили покинуть страну. Сотрудники правоохранительных органов в аэропорту Звартноц не разрешили ему выехать за пределы Армении.
В комментарии EDnews политолог Рашад Байрамов заявил, что запрет на выезд Кочаряна был ожидаемым. По его словам, премьер-министр Армении Никол Пашинян еще в ходе предвыборной кампании и после выборов заявлял о намерении инициировать уголовные дела в отношении Кочаряна, Гагик Царукян и Самвел Карапетян.
По мнению эксперта, призывы оппозиции к массовым акциям протеста из-за итогов выборов и риск перерастания этих акций в беспорядки подтолкнули власти к более жестким мерам. Байрамов считает, что Царукян и Кочарян пытались обезопасить себя от возможных политических рисков, находясь за пределами страны, однако этот план не реализовался. Сначала был остановлен Царукян, а затем и Кочарян.
Комментируя вероятность передачи Кочаряна Азербайджану, политолог отметил, что этот вопрос связан не только с отношениями между двумя странами, но и с принципами международного права, процедурами экстрадиции и юридической ответственностью бывших высокопоставленных должностных лиц.
По словам Байрамова, в азербайджанском обществе Кочарян воспринимается как один из политических и военных деятелей, несущих ответственность за Ходжалинская трагедия, и азербайджанская сторона на протяжении многих лет подчеркивает необходимость привлечения виновных к ответственности в рамках международного права.
Эксперт подчеркнул, что с юридической точки зрения экстрадиция зависит не только от наличия правовых оснований, но и от политической воли. Теоретически Азербайджан может обратиться с запросом о выдаче Кочаряна, однако решение будет зависеть от законодательства страны, где находится задержанный, ее международных обязательств и судебных решений.
Байрамов также отметил, что Кочарян не был задержан по обвинениям в военных преступлениях, а ограничение на его выезд из страны не связано с подобными обвинениями.
Подводя итог, политолог заявил, что вопрос следует рассматривать не только как юридическую процедуру, но и в контексте дипломатических отношений. По его оценке, в нынешних условиях реализация такого сценария представляется крайне маловероятной.
